Волошин — странник и пешеход

Странствия Волошина: пешие маршруты по Крыму, путешествия по Европе и дорога как один из главных способов познания мира.

Волошин — странник и пешеход

Мастерская и посохи

Следует заметить однако, что не только панорама из окон мастерской сохранила свой общий «мемориальный» вид. Таким же, как при жизни поэта, сохранился и ее интерьер. Пространственный и предметный мир мастерской покоряет, вызывает прибой светлых чувств, тревожит воображение. Собственно, все собранное здесь, предметы и мелочи, поражающие простотой и естественностью, так или иначе проецируются на характер хозяина, входят в тесный контакт с его личностью.

Вот деревянные посохи, стоящие между крайним восточным окном и рабочими стеллажами. Их немало и, кажется, что они до сих пор хранят тепло рук самого поэта — прекрасного ходока по земле. В белой холщовой рубахе до колен, которую он называл хитоном, с ремешком на непокорных волосах и посохом в руке Волошин исходил весь восточный Крым, в особенности горное побережье от Феодосии до Судака. Свою Киммерию он знал досконально, во всех подробностях и во все времена года. Не случайно по множеству его слепков с киммерийской земли в виде акварелей, как свидетельствуют знатоки, можно читать даже геологический строй ее почвы.

Европейские маршруты

Но ходил Волошин, как известно, не только по Крыму. 12 декабря 1901 года он писал матери из Парижа: «Земля настолько маленькая планета, что стыдно не побывать везде». Стремительный темп парижской жизни поэт прерывал многочисленными путешествиями но странам Западной Европы. Как правило, ходил но собственным маршрутам, на гроши, ночуя в ночлежных домах. Так побывал он в маленькой, затерянной в горах стране — Андорре, в заброшенных картезианских монастырях; по каменистому руслу в Альпах поднимался к границе трех государств — Австрии, Швейцарии и Италии. Вполне понятно, что не обходилось без всякого рода шуток и розыгрышей с его стороны. «Вторая ночевка,— вспоминает Е. С. Кругликова,—

была в каком-то сарае. Утром Макс уверял нас, будто его разбудил поцелуй коровы. Поздравили с успехом... Опять Макс вошел в роль гида и пошли всякие курьезы. Никогда, ни с кем я так весело не путешествовала».

В Мадриде, в музее Прадо, Волошин любовался полотнами Веласкеса и Гойи, в Толеде — росписями Эль Греко. В Италии познакомился с образцами античных творений Греции и Рима. Под впечатлением путешествий Волошин написал в 1913 году серию гемлерных работ.

И в зрелые годы он мог сказать о себе, что у него «ступни горят, в пыли дорог душа». А. П. Остроумова-Лебедева вспоминала:

«Если шел на прогулку Макс, то все население его дома — человек пятьдесят-шестьдесят, и стар и млад, поднимались на ноги. Максимилиан Александрович шел впереди с высокой палкой. Его могучая, тучная фигура живописно рисовалась на фоне неба... Быстроногие его друзья шли рядом с ним, и все остальные поспевали, кто как мог. Шествие растягивалось на большое расстояние...».

Странствие как способ познания

Странствия, хождения были для Волошина одной из форм познания мира, очищения и духовного обогащения. Мотив странничества войдет затем глубоко в его творчество, а тема странствий — «по лицу земли» и по историческим эпохам — станет одной из важнейших в лирике поэта...

Связанный архив

Люди, места и темы

Периоды
1900-е1910-е
Темы
Странствия